Як це було

РЕВОЛЮЦІЯ РІК ПО ТОМУ

Минув рік, відтоді як у жовтні 1917-го в Петербурзі стався більшовицький переворот. Із того часу Росія жила в іншому вимірі - голод, холод, репресії стали там повсякденністю. Україна, спираючись на нетривкі австро-німецькі багнети, ще зберігала свій суверенітет, але гроза насувалася. Вона відчувалася в повітрі й кожен, хто мав сміливість думати й аналізувати події, розумів невідворотність бурі, що наближалася зі швидкістю бронепоїзда Троцького. Але більшість сповідувала ідеологію страуса, воліючи не бачити й не чути нічого навкруги. «Голос Юга», жовтень 1918 р.: «Газетный день. А. Пилипенко в «Г.К.» обращается к населению Киева с напоминанием о серьезности момента, которое не учитывает его значения, погружаясь в повседневные мелочи жизни:

Вчера я проходил по площади около Думы. Я еле удержался от желания влезть на пьедестал бывшего Столыпинского памятника и, помахав рукой, собрать вокруг себя некоторое количество проходящих киевлян для того, чтобы обратиться к ним с речью, как было в доброе старое время Керенского.

Я бы приблизительно сказал так: "Высокоуважаемые господа киевляне! О чем вы, собственно, думаете? Понимаете ли вы, что кругом вас происходит? Не слишком ли вы увлекаетесь разыскиванием подошвенной кожи и игрой в лото? Не следовало ли бы вам подумать о более серьезных вещах?"

Одни спекулируют, другие строят министерства, третьи катаются на лихачах с пневматическими шинами.

А страна находится в положении великой опасности. Грозят ей тучи извне; изнутри мы сидим на целом ряде пороховых погребов; кто нас защитит от угрожающих бесконечных опасностей?

Киевляне рассчитывают на иностранцев. Иностранец, мол, все сделает, как полагается, в точности и аккуратно. Самый факт существования иностранца и его не только обязанности, но и готовности всемерно защищать буржуя - никакому сомнению не подвергаются. По-видимому, нет разногласий также относительно второй аксиомы: сам буржуй защищать себя не обязан.

Впрочем, в неопределенном будущем буржуй теоретически соглашается противодействовать тем, которые будут его резать. Но эта готовность обставляется таким количеством условий и оговорок, что реальной работы не будет начато даже тогда, когда гром грянет. Условия бывают разными. Один хочет, чтоб с ним обязательно говорили по-украински, даже в тот момент, когда его поведут в Мариинский сад на расстрел. Банкиры говорят, что охранять граждан должно правительство. Большевики говорят... Впрочем, большевики ничего не говорят: они, в отличие от киевских буржуев, делают дело и не тратят слов на прения».

За сприяння Державного обласного архіву, рубрику підготувала Анфіса РТВЕЛІАШВІЛІ.

У публікації використано матеріали газети «Голос Юга» за жовтень 1918 року.